Ебёт один клоун другого, а тот пищит.
Ебёт один клоун другого, а тот пищит. «Что случилось?» — спрашивает первый. «Да вот, — отвечает второй, — я забыл, как правильно кричать ‘Ай!'». Первый клоун, ничуть не смутившись, продолжает: «Ну, тогда я буду тебе подсказывать. Вот так: АЙ!» Второй клоун, напрягшись, издает тонкий, жалобный звук, похожий на писк утенка. «Нет, нет, — говорит первый, — тебе нужно больше драматизма! Представь, что ты увидел паука размером с дирижабль!» Второй клоун, пытаясь изобразить ужас, снова пищит, но уже чуть громче. «Почти, почти! — подбадривает первый. — Еще немного, и ты станешь звездой цирка!»
И вот так, под чутким руководством опытного артиста, начинающий клоун учился искусству звукоподражания. Каждый его писк, каждый стон, каждая попытка изобразить страх или удивление были тщательно проанализированы и скорректированы. «Представь, что ты наступил на банановую кожуру, но вместо того, чтобы упасть, ты взлетел до самого купола цирка!» — командовал первый. Второй, сосредоточившись, издавал нечто среднее между визгом и кваканьем. «Отлично! — восклицал первый. — Теперь добавь немного растерянности. Ты не понимаешь, как ты туда попал, и пытаешься понять, как спуститься!»
В итоге, после долгих тренировок, второй клоун освоил целый спектр звуков: от испуганного писка до восторженного визга, от жалобного стона до торжествующего крика. Он научился передавать любые эмоции с помощью своего голоса, и его выступления стали настоящим украшением цирковой программы. А первый клоун, гордый своим учеником, продолжал искать новых талантов, готовых постигать секреты циркового искусства, пусть даже и таким необычным способом. Ведь, как известно, в цирке возможно всё, и даже самый обычный писк может стать началом великой карьеры.