Мужик сидит, обрывает ромашку:
— Стандарт… анал… орал… стандарт… анал… орал…
Жена спрашивает:
— Вась, ты чего делаешь?!
— Да вот, гадаю, что меня ночью ждет.
— Очумел что ли?! Иди нафиг!!
Мужик, пожав плечами, срывает другую ромашку:
— Сонька… Люська… Клавка… Сонька… Люська… Клавка…
Лепестки кончились, мужчина с нежностью сжал стебель и прошептал:
«Андрюха…»
Мужик сидит на лавочке в парке, задумчиво обрывает лепестки ромашки. На его лице сосредоточенность, словно он решает судьбоносную задачу.
— Стандарт… анал… орал… стандарт… анал… орал… — бормочет он себе под нос, бросая очередной лепесток на землю.
Мимо проходит его жена, Вера Петровна, с авоськой в руке. Заметив странное занятие супруга, она останавливается:
— Вась, ты чего делаешь?! Опять с ромашками разговариваешь? На улице!
Мужчина, не отрывая взгляда от очередной ромашки, отвечает:
— Да вот, Вера, гадаю, что меня ночью ждет. Хочу узнать, какая из наших соседок будет сниться.
Жена закатывает глаза:
— Очумел что ли?! На людях! Иди домой, пока никто не видел! И вообще, ты бы лучше о делах подумал!
Мужик, пожав плечами, словно его доводы были неоспоримы, срывает новую ромашку. Его взгляд становится более решительным, а бормотание приобретает новый оттенок:
— Сонька… Люська… Клавка… Сонька… Люська… Клавка…
Он методично обрывает лепесток за лепестком, перебирая в уме всех привлекательных женщин из их дома. Вера Петровна, махнув рукой, продолжает свой путь, уже привыкшая к чудачествам мужа.
Когда последний лепесток срывается, мужчина смотрит на оставшийся стебель. Его лицо озаряется нежной улыбкой, и он, прижимая стебель к груди, с любовью шепчет:
«Андрюха…»