Заходит Доктор Хаус в смотровую и видит сидит клоун.
-Что вас беспокоит?- неторопливо спрашивает доктор.
-Да вот болит все тело, рвёт постоянно, даже брови выпали.
И Хаус задумчиво говорит ему :
-Не выступать вам в цирке больше, голубчик,.
-Почему? — спрашивает бедолага.
-У вас волчанка.
Заходит Доктор Хаус в смотровую, скрипя дверью, и видит, как на кушетке, с нелепой улыбкой, сидит клоун. Недоумение на мгновение мелькает на его обычно непроницаемом лице, но тут же сменяется привычным цинизмом.
— Что вас беспокоит? — неторопливо спрашивает доктор, не отрывая взгляда от карты пациента, лежащей на столе. Его голос звучит ровно, без тени участия, будто он говорит о погоде.
— Да вот, доктор, болит все тело, — жалобно тянет клоун, поправляя несуществующий нос. — Рвёт постоянно, даже брови выпали. И грим уже не ложится, как раньше. Публика заметила.
Он вздыхает, и его ярко-красный нос кажется еще более печальным.
— А еще, — добавляет он, — кажется, что смех мой стал каким-то фальшивым. Как будто я сам себя уже не слышу.
Хаус задумчиво проводит рукой по бритой голове, его взгляд скользит по бледной коже клоуна, по потускневшей краске на щеках. Он делает паузу, которая кажется вечностью.
— Не выступать вам в цирке больше, голубчик, — наконец изрекает он, его голос пропитан сарказмом.
— Почему? — удивленно спрашивает бедолага, его глаза, обычно полные задора, теперь наполнены тревогой. — Я же стараюсь изо всех сил!
— У вас волчанка, — спокойно констатирует Хаус, словно сообщая о пустяке. — Системное заболевание. Агрессивное. Ваши брови – это только верхушка айсберга. imunologitsheskiy sistemа атакует собственный организм. В вашем случае, она решила, что кожа и слизистые – это чужеродные тела. И, кстати, это не единственная проблема. Ваши суставы тоже страдают. Боль, воспаление… Это все оттуда. Так что, думаю, пора пересмотреть ваш репертуар. Возможно, стоит попробовать себя в роли грустного Пьеро. Это вам больше подойдет.