Морг.
На столе — вскрытый труп.
У стола — два патологоанатома, третий читает заключение о смерти.
Первый, разрезая желудок трупа:
— Ух ты! Гречневая каша! С тушенкой! Вася, будешь?
— Нет, ребята, я плотненько поужинал.
— Ну, как хочешь.
Двое у тела достают ложки и с аппетитом выскребают содержимое желудка.
Когда каша подходит к концу, третий поднимает глаза от заключения о смерти:
— М-да-а-а, ребята, похоже, именно от этой каши он копыта и откинул!
Те двое выворачивают кашу обратно в желудок и бегут к аптечке.
Третий им вслед, доставая ложку:
— Ребята, да я пошутил, инфаркт у него. Просто я подогретое люблю!
Морг.
На столе — вскрытый труп, еще теплый, с легким трупным окоченением.
У стола — два патологоанатома, оба в аккуратных медицинских халатах, третий, чуть постарше, с легкой сединой в волосах, читает заключение о смерти, слегка наморщив лоб.
Первый, молодой и энергичный, разрезая брюшную полость и затем желудок трупа, с удивлением восклицает:
— Ух ты! Гречневая каша! Да еще и с тушенкой! Свеженькая, похоже! Вася, будешь? Наверняка последний прием пищи был.
— Нет, ребята, спасибо, я сегодня плотненько поужинал. Жена пирог испекла, так что я сыт по горло.
— Ну, как хочешь. Жаль, конечно, такой обед пропадает, но дело есть дело.
Двое у тела, забыв на мгновение о бренности бытия и профессиональной отстраненности, поддавшись внезапному кулинарному искушению, достают из карманов небольшие, сложенные аккуратно ложки и с неподдельным аппетитом начинают выскребать содержимое желудка. Запах, хотя и специфический, казался им на удивление съедобным.
Когда каша подходит к концу, и последние крупинки гречки исчезают в их ртах, третий, отложив заключение о смерти, поднимает глаза от блестящего листа бумаги, на котором числились диагнозы и причины кончины:
— М-да-а-а, ребята, похоже, именно от этой каши он копыта и откинул! Неправильно приготовил, наверное, или испорченная была.
Те двое, услышав столь неожиданное предположение, мгновенно бледнеют, их аппетит как рукой сняло. С ужасом в глазах они выплевывают остатки каши обратно в желудок трупа, спешно вытирают рты и с перепугу бегут к ближайшей аптечке, ища что-нибудь, что могло бы нейтрализовать возможную интоксикацию.
Третий, наблюдая за их паникой, лишь усмехается, доставая из своего нагрудного кармана такую же небольшую ложку и с невозмутимым видом подносит ее к своему рту:
— Ребята, да я пошутил! Просто инфаркт у него, как и написано. А каша эта… я ее сам тут из дома принес, подогрел немножко перед работой. Просто я подогретое люблю, а тут такой отличный шанс, да еще и бесплатно!