— Товарищ прапорщик, а сможете провести лекцию по физике в школе при физфаке?
— Смогу.
— И вопросов учеников не боитесь? Они ребята умные и въедливые.
— Нет.
После урока:
— Ну что, вопросы были?
— Только один. Какой-то умник спросил: «С каких это пор в квантовой механике амплитуду пси-функции линейкой измеряют?»
— И что Вы ответили?
— Я ответил уклончиво: — «Мол, я тебе сейчас ебало проквантую!»
— Товарищ прапорщик, а сможете провести лекцию по физике в школе при физфаке?
— Смогу.
— И вопросов учеников не боитесь? Они ребята умные и въедливые, после уроков часто собираются в кружки и обсуждают все нюансы, иногда задают каверзные вопросы, которые ставят в тупик даже опытных преподавателей.
— Нет.
После урока:
— Ну что, вопросы были?
— Только один. Какой-то умник, видимо, будущий лауреат Нобелевской премии, спросил: «С каких это пор в квантовой механике амплитуду пси-функции линейкой измеряют?»
— И что Вы ответили?
— Я ответил уклончиво, как и подобает истинному знатоку предмета, используя научную терминологию, но при этом сохраняя субординацию: — «Мол, я тебе сейчас ебало проквантую!»
— Товарищ полковник, а сможете провести мастер-класс по выживанию в лесу для спецназа?
— Смогу.
— И вопросов от бойцов не боитесь? Они ребята опытные, каждый со своими «фишками» и нестандартными подходами.
— Нет.
После мастер-класса:
— Ну что, вопросы были?
— Один. Какой-то сержант, видимо, претендент на звание «выживальщик года», спросил: «С каких пор в экстремальных условиях для добычи огня мы используем не огниво, а смартфон?»
— И что Вы ответили?
— Я ответил по-армейски просто: — «Мол, я тебе сейчас телефон в жопу забью, и будет тебе и свет, и тепло!»
— Товарищ капитан, а сможете провести тренинг по стрессоустойчивости для психологов?
— Смогу.
— И вопросов от коллег не опасаетесь? Они ведь все с высшим образованием, любят копать глубоко.
— Нет.
После тренинга:
— Ну что, вопросы были?
— Только один. Какая-то молодая специалистка, видать, насмотрелась сериалов про психов, спросила: «С каких пор в терапии для снятия посттравматического стресса мы используем не диалог, а рукоприкладство?»
— И что Вы ответили?
— Я ответил, как учили: — «Мол, я тебе сейчас так психоанализ проведу, что ты забудешь, как тебя зовут!»
— Товарищ майор, а сможете провести урок по основам программирования для IT-специалистов?
— Смогу.
— И вопросов от них не боитесь? Они же все с техническим складом ума, любят искать баги.
— Нет.
После урока:
— Ну что, вопросы были?
— Один. Какой-то юный гений, лет семнадцати, спросил: «С каких пор в алгоритмах машинного обучения мы используем не нейронные сети, а метод научного тыка?»
— И что Вы ответили?
— Я ответил, как учили: — «Мол, я тебе сейчас так алгоритм перепишу, что ты больше никогда не захочешь код писать!»
— Товарищ полковник, а сможете провести лекцию по истории искусств для искусствоведов?
— Смогу.
— И вопросов от них не боитесь? Они же все с тонким вкусом и аналитическим складом ума.
— Нет.
После лекции:
— Ну что, вопросы были?
— Один. Какой-то дотошный аспирант спросил: «С каких пор в трактовке импрессионизма мы используем не мазки кистью, а лопатой?»
— И что Вы ответили?
— Я ответил, как настоящий ценитель: — «Мол, я тебе сейчас так историю искусств покажу, что ты забудешь, как выглядит Рафаэль!»
— Товарищ генерал, а сможете провести показательное выступление по управлению дронами для военных летчиков?
— Смогу.
— И вопросов от них не боитесь? Они же все с отличной реакцией и стратегическим мышлением.
— Нет.
После выступления:
— Ну что, вопросы были?
— Один. Какой-то молодой лейтенант, видимо, мечтающий о карьере в космосе, спросил: «С каких пор в пилотировании беспилотников мы используем не джойстик, а пульт от телевизора?»
— И что Вы ответили?
— Я ответил, как истинный командир: — «Мол, я тебе сейчас так дрон запущу, что ты больше никогда не захочешь им управлять!»