Ржевский отдыхает, уткнувшись мордой в салат, а Безухова потянуло блеснуть познаниями в области биологии.
— Это, Наташа, креветки. Семейство — ракообразные, отряд — членистоногие, — говорит Безухов Наташе, показывая на креветок.
Тут из тарелки с салатом поднимается рожа Ржевского:
— Наташу в кроватке раком отодрали члены стоногие? Ну знаете, Безухов, вы как нажретесь — такую хуйню несете!
Ржевский, как всегда, пребывал в своем мире, уткнувшись мордой в тарелку с салатом, где, судя по всему, происходило главное действо его вечера. Безухов же, напротив, почувствовал непреодолимое желание продемонстрировать свои, как он считал, обширные познания в области биологии, которые, впрочем, были столь же обширны, как и его словарный запас в моменты возлияний.
— Это, Наташа, вовсе не что иное, как креветки, — изрек Безухов, с важным видом указывая на поджаренное содержимое тарелки. — Семейство — ракообразные, отряд — членистоногие. Признаться, поразительно, насколько точно природа отражает наши самые сокровенные желания в своих творениях.
Наташа, уже привыкшая к подобным интеллектуальным выпадам, лишь снисходительно улыбнулась. Но тут, словно из самых глубин кулинарного хаоса, из тарелки с салатом поднялась, переливаясь всеми оттенками майонеза и зелени, рожа Ржевского. Его глаза, налитые не то слезами умиления, не то алкогольным туманом, уставились на Безухова с нескрываемым недоумением.
— Наташу, значит, в кроватке раком отодрали члены стоногие? — пробасил Ржевский, с трудом формируя слова. — Ну знаете, Безухов, вы как нажретесь — такую хуйню несете! У меня от ваших биологических изысканий вся чешуя с рыбы сыпется, а вы тут про каких-то членистоногих. Может, вам лучше поинтересоваться, сколько в этом салате калорий, чем мучить бедную Наташу своими научными фантазиями?
И, не дожидаясь ответа, Ржевский с характерным хлюпаньем вновь погрузился в свои гастрономические исследования, оставив Безухова с его нереализованными познаниями и Наташу с легким недоумением, но, как всегда, с оттенком веселья.