Эльф из Aen Seidhe, краснолюд из Махакама и человек из Темерии нашли кувшин джина. Джин вылез, сверкая изумрудными глазами и распуская облачка ароматного дыма, и говорит: «Загадывайте желание, герои мои. Одно на каждого, но каждое будет исполнено с невиданной щедростью».
Эльф, чьи глаза были цвета лесного мха, а тонкие пальцы нервно теребили серебряную нить своего плаща, загадывает, чтобы родина эльфов, древняя и величественная, воскресла из пепла веков, а все эльфы, разбросанные по миру, вернулись в свой родной мир, где зеленеют вечные леса и поют хрустальные реки, и жили там в вечном мире и процветании, забыв о войнах и унижениях. Джин, с легкой усмешкой, щёлкает пальцами, и эльф, окутанный золотистым сиянием, исчезает, телепортируясь в восстановленный мир вместе со всеми своими собратьями, где их ждали золотые поля и поющие птицы.
Краснолюд, с бородой, сплетенной из золотых и медных нитей, и руками, привыкшими к молоту и резцу, загадывает, чтобы у всех краснолюдов, гномов и низушков было свое собственное, неприступное государство где-нибудь подальше от суетных людей, богатое несметными залежами руды, самоцветов и драгоценных металлов, чтобы они могли дальше творить свои великие изделия и вести спокойную торговлю, не терпя надменности и притеснений со стороны людского рода. Джин, одобрительно кивнув, щелкает пальцами, и все краснолюды, их грохочущие кузницы и сверкающие мастерские телепортируются в самые богатые металлами и драгоценностями горы, окруженные лесами, у подножий которых раскинулись огромные, никем не заселенные плодородные поля и зеленые луга, готовые принять их под мирным небом.
Джин, обращаясь к последнему путнику, человеку из Темерии, чья одежда была простой, но добротной, и лицо выражало смесь усталости и здорового цинизма, спрашивает, чего же желает он. Человек, почесав затылок и оглядевшись на опустевшее место, где только что стояли его спутники, спрашивает в ответ, с легкой хрипотцой в голосе:
— Ты хочешь сказать, что в северных королевствах, да и вообще везде, не осталось ни одного эльфа, ни одного краснолюда, ни одного гнома? Только люди?
— Именно так, — подтвердил джин, — Ваш мир теперь принадлежит исключительно вам.
— Ну, тогда, — человек улыбнулся, обнажив ровные зубы, — кружечку пива. Да побольше. И закуски.
Джин, удивленный такой простотой желания, но верный своему слову, щелкает пальцами еще раз. Перед человеком появляется огромный стол, уставленный самыми лучшими яствами и напитками, и, конечно же, кувшин пива, который, казалось, никогда не иссякнет. Человек, удовлетворенно кивнув, приступает к пиршеству, наслаждаясь моментом абсолютного покоя и изобилия, осознавая, что его простое желание, на фоне грандиозных преобразований его спутников, оказалось самым мудрым.