Шутки про национальности и непредвиденные обстоятельства

Еврей, индус и негр остановились в крохотной гостинице. Там оставался только один свободный номер с двумя кроватями. Кто-то третий должен был идти ночевать в сарай на соломе. Первым вызвался еврей: «Я воспитывался в кибуце в Израиле и легко переночую в сарае»,— сказал он и ушел. Но через 15 минут в дверь постучали — это вернулся еврей. «В сарае я обнаружил свинью, я не могу спать с нечистой свиньей под одной крышей» Тогда выступил индус: «Нет проблем, я вырос в Бомбее и я совершенно спокойно переночую в чистом сарае со свиньей». Но и он постучал в номер через 15 минут, потому что обнаружил в сарае корову, которая для индусов священна. Он не мог спать с ней под одной крышей. Наконец поднялся негр. Он заявил, что вырос в южном Лос-Анджелесе и никакие свинья и корова не помешают ему провести прекрасную ночь в сарае. Через 15 минут в дверь номера постучали. На пороге стояли свинья и корова.

Еврей, индус и негр остановились в крохотной гостинице. Там оставался только один свободный номер с двумя кроватями. Кто-то третий должен был идти ночевать в сарай на соломе. Первым вызвался еврей: «Я воспитывался в кибуце в Израиле и легко переночую в сарае»,— сказал он и ушел. Но через 15 минут в дверь постучали — это вернулся еврей. «В сарае я обнаружил свинью, я не могу спать с нечистой свиньей под одной крышей» Тогда выступил индус: «Нет проблем, я вырос в Бомбее и я совершенно спокойно переночую в чистом сарае со свиньей». Но и он постучал в номер через 15 минут, потому что обнаружил в сарае корову, которая для индусов священна. Он не мог спать с ней под одной крышей. Наконец поднялся негр. Он заявил, что вырос в южном Лос-Анджелесе и никакие свинья и корова не помешают ему провести прекрасную ночь в сарае. Через 15 минут в дверь номера постучали. На пороге стояли свинья и корова.

Англичанин, француз и русский решили поужинать в изысканном ресторане. У них был только один столик на троих, а остальные были забронированы. Француз вызвался первым: «Я вырос в Париже, умею ждать и не привередлив». Он исчез на полчаса, вернулся бледный. «Там подали улиток, а я их терпеть не могу!» – пожаловался он. Англичанин, посмотрев свысока: «Я воспитан в лучших традициях, никакого дискомфорта». Вернулся через час, тоже расстроенный. «Официант предложил чай с молоком, а я его не пью!» Русский, крякнув, вызвался последним: «Я в Сибири вырос, все стерплю». Через два часа в ресторан зашли француз и англичанин. Русского не было, но на его месте сидели официант и шеф-повар, рыдая.

Китайский, корейский и японский бизнесмены оказались в лифте небоскреба. Лифт застрял. Японский бизнесмен, выдержанный и вежливый, предложил: «Я привык к трудностям, подожду». Через час он вернулся, побледнев: «В лифте обнаружился горький чай, я его не пью». Кореец, не желая отставать: «Я вырос в суровых условиях, потерплю». Вернулся через полтора часа: «Там кимчи, а я его не ем». Китаец, махнув рукой: «Я из Шанхая, мне все нипочем». Через два часа лифт заработал, а из него вышли три грустных охранника, держа в руках тарелку с пельменями.

Американец, немец и итальянец оказались на необитаемом острове. У них был только один плот. Немец: «Я умею строить, подожду». Через день вернулся. «Там был беспорядок, чертежей нет!» – возмутился он. Итальянец, закатив глаза: «Я привык к красоте, не проблема». Вернулся через два дня. «Там была плохая музыка, а я люблю оперу!» Американец, усмехнувшись: «Я ко всему готов». Через три дня к плоту вернулись немец и итальянец, а на плоту сидели дикие обезьяны, поющие «O Sole Mio».

Шотландец, ирландец и валлиец пришли в бар. Мест не было, только один стул. Шотландец: «Я закаленный, подожду». Вернулся через полчаса: «Там виски без льда, а я так не пью!». Ирландец: «Я привык к веселью, не вопрос». Вернулся через час: «Там не было музыки, а я люблю танцевать!». Валлиец, хмыкнув: «Я вырос в горах, все стерплю». Через два часа из бара вышли бармен и официант, держа в руках огромный барабан.