Командир демонстрирует солдатам новый танк.
— Вот, товарищи бойцы, это новый секретный танк. Петров.
— Я!
— Подними танк.
Петров тужится, пыжится, не поднять.
— Не поднять.
— Сидоров, помоги Петрову.
Пытаются вдвоем.
— А хули вы хотели? Сорок шесть…
Командир, с блеском в глазах и гордостью в голосе, выводит перед строем солдат новейшее творение инженерной мысли – секретный танк. «Вот, товарищи бойцы, встречайте наше новое секретное оружие, гордость отечественного танкостроения!» – торжественно произносит он, указывая на массивную стальную машину, ощетинившуюся стволами. «Петров!» – командует командир.
«Я!» – бодро отзывается солдат, выпятив грудь.
«Твоя задача, Петров, продемонстрировать мощь этой машины. Подними танк!» – приказывает командир, ожидая впечатляющего зрелища.
Петров, поправляя пилотку, подходит к танку. Он сосредоточивается, напрягает все свои силы, пыжится, старается изо всех сил. Его мускулы напрягаются, лицо краснеет, но танк остается неподвижным, словно вросший в землю. «Не поднять,» – с трудом выдыхает Петров, задыхаясь от напряжения.
Командир, не теряя самообладания, обращается к другому солдату: «Сидоров, помоги Петрову. Вместе вы справитесь!»
Сидоров, подбадривая Петрова, подходит и встает рядом. Оба солдата, взявшись за корпус танка, вновь пытаются его поднять. Они пыхтят, кряхтят, их лица искажены от усилия, но стальная громадина даже не шелохнулась.
Командир, наблюдая за их тщетными попытками, вздыхает и, махнув рукой, произносит: «А хули вы хотели? Сорок шесть… Вы чё, думали, это игрушка?!» Оказывается, «сорок шесть» – это вес танка в тоннах, а солдаты, привыкшие к более легкой технике, просто не были готовы к такой чудовищной массе.