Шутки про Вождя: Гибкость Сталина в Критических Ситуациях

Времена Большого террора. Выяснилось, что снимают фильм негожий, и в нем главный герой с усами, как у Сталина. Ну Сталин и говорит: — Всех расстрелять на съемочной площадке. Ему отвечают: — А, может, герою сбрить усы просто? — Ну, или так.

Времена Большого террора. Выяснилось, что снимают фильм негожий, и в нем главный герой с усами, как у Сталина. Ну Сталин и говорит: — Всех расстрелять на съемочной площадке. Ему отвечают: — А, может, герою сбрить усы просто? — Ну, или так.

Кстати, подобные ситуации, когда недовольство Иосифа Виссарионовича могло привести к трагическим последствиям, были не редкостью. Однажды, например, он увидел на выставке картину, где его изобразили слишком уж добродушным. Сталин, известный своим суровым нравом, пришел в ярость. Он громогласно заявил: «Кто посмел исказить мой образ?! Этому художнику – на Колыму!» Однако, когда ему предложили просто переписать картину, сделав лицо более хмурым и величественным, он, подумав, согласился: «Ладно, перепишите. Но чтобы всем было понятно, кто здесь главный».

Или вот еще случай. В Кремле проходил торжественный прием, и один из гостей, в пылу беседы, неосторожно пошутил о личности вождя. Сталин, услышав это, мгновенно помрачнел. Его глаза сверкнули, и он уже готов был отдать приказ об аресте. Но тут кто-то из присутствующих, проявив недюжинную находчивость, прошептал на ухо Сталину: «Товарищ Сталин, он просто перепутал вас с товарищем Мао. С ним такое случается». Сталин, услышав это, усмехнулся: «Ну, если так, то пусть пока живет. Но пусть знает, что мы здесь, а не в Китае».

Такая гибкость, пусть и продиктованная соображениями самосохранения, но все же, позволяла некоторым избежать худшей участи. Главное было – вовремя понять, что именно вызвало гнев вождя, и предложить ему более «конструктивное» решение, чем немедленная расправа. Это требовало невероятного хладнокровия и умения предугадывать его настроения.