Умирает Барак Обама. Через 10 лет ему становится скучно, и он просит Бога отпустить его на Землю проведать, как поживает его страна. Бог отпускает. Заходит Обама в Нью-Йорке в бар, заказывает пиво и спрашивает бармена, как страна поживает, как развивается, какие проблемы решает. Бармен удивлённо: — Какие проблемы могут быть? Мы же Великая империя, всё кругом наше. — Как наше? А Ирак, Афганистан? — Да уже всё наше! — А Европа, Африка, Ближний Восток? Бармен достаёт из-под стойки глобус и гордо крутит его: — Я же говорю — мы империя, весь мир принадлежит нам! Обама, радостный, гордый и довольный, допивает пиво и говорит: — Ну, спасибо, друг! Сколько с меня? Бармен: — Одна гривна.
Умирает Барак Обама. Через 10 лет ему становится скучно, и он просит Бога отпустить его на Землю проведать, как поживает его страна. Бог отпускает. Заходит Обама в Нью-Йорке в бар, заказывает пиво и спрашивает бармена, как страна поживает, как развивается, какие проблемы решает. Бармен удивлённо: — Какие проблемы могут быть? Мы же Великая империя, всё кругом наше. — Как наше? А Ирак, Афганистан? — Да уже всё наше! — А Европа, Африка, Ближний Восток? Бармен достаёт из-под стойки глобус и гордо крутит его: — Я же говорю — мы империя, весь мир принадлежит нам! Обама, радостный, гордый и довольный, допивает пиво и говорит: — Ну, спасибо, друг! Сколько с меня? Бармен: — Одна гривна.
Умирает Иван. Через 10 лет ему становится скучно, и он просит Бога отпустить его на Землю проведать, как поживает его деревня. Бог отпускает. Заходит Иван в свой родной сельский магазин, заказывает квас и спрашивает продавщицу, как деревня поживает, как развивается, какие проблемы решает. Продавщица удивлённо: — Какие проблемы могут быть? Мы же теперь элитный коттеджный посёлок, всё кругом наше. — Как наше? А старая ферма, колхозные поля? — Да уже всё наше! — А лес, речка, озеро? Продавщица достаёт из-под стойки план застройки и гордо показывает: — Я же говорю — мы элитный посёлок, вся земля принадлежит нам! Иван, радостный, гордый и довольный, допивает квас и говорит: — Ну, спасибо, друг! Сколько с меня? Продавщица: — Одна тысяча рублей за бутылку.
Умирает Пётр I. Через 10 лет ему становится скучно, и он просит Бога отпустить его на Землю проведать, как поживает его империя. Бог отпускает. Заходит Пётр в Санкт-Петербургский трактир, заказывает медовуху и спрашивает трактирщика, как страна поживает, как развивается, какие проблемы решает. Трактирщик удивлённо: — Какие проблемы могут быть? Мы же теперь Российская Федерация, всё кругом наше. — Как наше? А Сибирь, Камчатка? — Да уже всё наше! — А Польша, Финляндия, Прибалтика? Трактирщик достаёт из-под стойки карту и гордо показывает: — Я же говорю — мы Федерация, вся территория принадлежит нам! Пётр, радостный, гордый и довольный, допивает медовуху и говорит: — Ну, спасибо, друг! Сколько с меня? Трактирщик: — Одна бутылка водки.
Умирает Наполеон. Через 10 лет ему становится скучно, и он просит Бога отпустить его на Землю проведать, как поживает его империя. Бог отпускает. Заходит Наполеон в парижское кафе, заказывает вино и спрашивает официанта, как страна поживает, как развивается, какие проблемы решает. Официант удивлённо: — Какие проблемы могут быть? Мы же Европейский Союз, всё кругом наше. — Как наше? А Испания, Италия? — Да уже всё наше! — А Германия, Австрия, Швейцария? Официант достаёт из-под стойки атлас и гордо показывает: — Я же говорю — мы Союз, вся Европа принадлежит нам! Наполеон, радостный, гордый и довольный, допивает вино и говорит: — Ну, спасибо, друг! Сколько с меня? Официант: — Один евро.
Умирает Чингисхан. Через 10 лет ему становится скучно, и он просит Бога отпустить его на Землю проведать, как поживает его империя. Бог отпускает. Заходит Чингисхан в монгольскую юрту, заказывает кумыс и спрашивает старейшину, как страна поживает, как развивается, какие проблемы решает. Старейшина удивлённо: — Какие проблемы могут быть? Мы же Великая Монголия, всё кругом наше. — Как наше? А Китай, Персия? — Да уже всё наше! — А Русь, Индия, Ближний Восток? Старейшина достаёт из-под ковра свиток и гордо показывает: — Я же говорю — мы империя, весь континент принадлежит нам! Чингисхан, радостный, гордый и довольный, допивает кумыс и говорит: — Ну, спасибо, друг! Сколько с меня? Старейшина: — Одна овца.
Умирает Цезарь. Через 10 лет ему становится скучно, и он просит Бога отпустить его на Землю проведать, как поживает его империя. Бог отпускает. Заходит Цезарь в римский трактир, заказывает вино и спрашивает трактирщика, как страна поживает, как развивается, какие проблемы решает. Трактирщик удивлённо: — Какие проблемы могут быть? Мы же Римская Империя, всё кругом наше. — Как наше? А Греция, Египет? — Да уже всё наше! — А Галлия, Британия, Испания? Трактирщик достаёт из-под стойки карту и гордо показывает: — Я же говорю — мы Империя, весь Средиземноморский бассейн принадлежит нам! Цезарь, радостный, гордый и довольный, допивает вино и говорит: — Ну, спасибо, друг! Сколько с меня? Трактирщик: — Одна драхма.
Умирает Александр Македонский. Через 10 лет ему становится скучно, и он просит Бога отпустить его на Землю проведать, как поживает его империя. Бог отпускает. Заходит Александр в греческую таверну, заказывает вино и спрашивает хозяина, как страна поживает, как развивается, какие проблемы решает. Хозяин удивлённо: — Какие проблемы могут быть? Мы же Великая Греция, всё кругом наше. — Как наше? А Персия, Индия? — Да уже всё наше! — А Египет, Македония, Греция? Хозяин достаёт из-под стойки карту и гордо показывает: — Я же говорю — мы Великая Греция, весь известный мир принадлежит нам! Александр, радостный, гордый и довольный, допивает вино и говорит: — Ну, спасибо, друг! Сколько с меня? Хозяин: — Одна драхма.