Старая монахиня принимает новых послушниц в монастырь.
Подводит их к чану со святой водой и говорит:
— Кто видел мужской срам — помойте свои глаза.
Все подходят, начинают мыть глаза. Монахиня говорит:
— Кто трогал мужской срам — помойте свои руки.
Большая часть подходит начинает полоскать руки. Вдруг из толпы выходит послушница и говорит:
— А я вот смотрела мультфильмы откровенные, это мне что мыть?
— Какие такие мультфильмы?
— Ну эти… «аниме»
Послушницу молча топят в чане
Старая монахиня принимает новых послушниц в монастырь. Подводит их к чану со святой водой и говорит:
— Кто видел мужской срам — помойте свои глаза.
Все подходят, начинают мыть глаза. Монахиня говорит:
— Кто трогал мужской срам — помойте свои руки.
Большая часть подходит начинает полоскать руки. Вдруг из толпы выходит послушница и говорит:
— А я вот смотрела мультфильмы откровенные, это мне что мыть?
— Какие такие мультфильмы?
— Ну эти… «аниме». Там, знаете, всё так гипертрофированно, и эти… эээ… ну, вы поняли.
Монахиня, поморщившись:
— А кто имел дело с мужским срамным словом? — крикнула она.
Несколько послушниц робко начали полоскать рты.
— А кто думал о мужском сраме?
Почти все послушницы, смущенно переглядываясь, принялись теребить свои головы.
— А кто вообще хоть раз представлял себе мужской срам в красках?
Только одна послушница осталась стоять, опустив глаза. Монахиня, удивленно:
— А ты что?
— Я… я художник.
— Художник?
— Да, я рисую портреты.
— Портреты?
— Ну да, и иногда… эээ… натурщиков.
Монахиня, нахмурившись:
— А замуж выходить пробовала?
— Нет, я вообще асексуалка.
— А как же ты тогда узнала про «аниме»?
— Да я просто мангу читаю.
— Мангу… Ладно, а кто-нибудь видел непристойные видео?
Несколько послушниц кивнули.
— А кто-нибудь играл в игры с непристойным содержанием?
Половина послушниц подняли руки.
— А кто-нибудь… эээ… использовал непристойные смайлики в переписке?
Все, кроме одной, закивали.
— А ты что? — спросила монахиня у последней.
— Я просто не знаю, как их ставить.
Послушницу молча топят в чане