Философы в продуктовом: Экзистенциальные дилеммы у прилавка

Стоит Фридрих Ницше у прилавка и думает: «Какую половину рябчика взять: переднюю или заднюю? Вроде бы хочется отождествить акт поедания птичьей плоти с зарождением мира, с началом чего-то прекрасного, а с другой стороны, в задней части есть вкусные ноги, хотя это закат и омрачение. А может, вдоль его разрезать?»

Озадаченного учёного заметил продавец и поспешил поинтересоваться, о чём тот задумался. Ницше поделился своей бедой, на что продавец ему ответил:

— Ваша теория стройна. Она отражает объективную реальность и согласовывается с современными взглядами философов, однако истинная суть мироздания состоит в том, что рябчиков половинками мы не продаём.

Стоит Фридрих Ницше у прилавка и думает: «Какую половину рябчика взять: переднюю или заднюю? Вроде бы хочется отождествить акт поедания птичьей плоти с зарождением мира, с началом чего-то прекрасного, а с другой стороны, в задней части есть вкусные ноги, хотя это закат и омрачение. А может, вдоль его разрезать?»

Озадаченного учёного заметил продавец и поспешил поинтересоваться, о чём тот задумался. Ницше поделился своей бедой, на что продавец ему ответил:

— Ваша теория стройна. Она отражает объективную реальность и согласовывается с современными взглядами философов, однако истинная суть мироздания состоит в том, что рябчиков половинками мы не продаём.

Затем стоит у прилавка Альберт Эйнштейн и размышляет: «Что выбрать – яблоко или грушу? Яблоко – символ гравитации, падения, но груша, кажется, обладает большей кривизной пространства-времени. А может, съесть их одновременно, чтобы создать сингулярность вкуса?»

Продавец, видя замешательство, спрашивает: «О чём задумались, уважаемый?» Эйнштейн отвечает. Продавец, кивая: «Ваши рассуждения логичны, учитывают относительность и квантовую запутанность, но, к сожалению, у нас сегодня только бананы».

Потом приходит Зигмунд Фрейд и колеблется: «Купить ли банан или апельсин? Банан – вытесненное желание, символ детства, а апельсин – оранжевая мечта, сублимация. Может, приобрести оба и провести психоанализ фруктовой корзины?»

Продавец, наблюдая за ним, интересуется: «Что вас тревожит?» Фрейд, вздыхая: «Я в затруднении». Продавец, улыбаясь: «Ваши интерпретации глубоки, учитывают бессознательное, но сегодня действует скидка на киви, а они символизируют скрытые желания».

Стоит Карл Маркс и выбирает: «Капусту или картошку? Капуста – символ борьбы классов, пролетариата, а картошка – крестьянства, эксплуатируемого меньшинством. Может, объявить диктатуру овощей?»

Продавец, услышав его, спрашивает: «О чём мечтаете?» Маркс делится сомнениями. Продавец отвечает: «Ваш анализ верен, учитывает классовую борьбу, но сегодня у нас дефицит, продаем только морковь».

Приходит Рене Декарт и размышляет: «Съесть ли сыр или хлеб? Сыр – материальное, подверженное сомнению, а хлеб – основа, базис, «я мыслю, следовательно, ем». Может, сначала подумать о еде?»

Продавец, видя замешательство, спрашивает: «Что вас терзает?» Декарт отвечает. Продавец: «Ваши умозаключения логичны, но сегодня у нас только сухари, а сомнения оставьте на завтрак».

Стоит Леонардо да Винчи и думает: «Купить ли помидор или огурец? Помидор – символ формы, красного цвета, а огурец – прямой линии, перспективы. Может, нарисовать натюрморт с ними?»

Продавец, заметив его, спрашивает: «О чём задумались?» Да Винчи делится идеями. Продавец: «Ваши взгляды гениальны, но сегодня только редис, он и круглый, и вытянутый, и прекрасный.»

Стоит Уильям Шекспир и думает: «Быть ли колбасе или не быть? Колбаса – воплощение бренности, а не быть – значит, отказаться от земных утех. Может, написать трагедию о выборе между окороком и сосиской?»

Продавец, наблюдая за ним, спрашивает: «О чём задумались, мастер?» Шекспир отвечает. Продавец, кивая: «Ваши метафоры глубоки, но сегодня у нас только горох, и быть ему, или не быть, решать вам».

Приходит Исаак Ньютон и размышляет: «Взять ли яблоко или апельсин? Яблоко – символ гравитации, а апельсин – форма, привлекающая внимание. Может, посчитать силу притяжения между ними?»

Продавец, видя его, спрашивает: «Что вас беспокоит, сэр?» Ньютон делится сомнениями. Продавец отвечает: «Ваши расчёты верны, но сегодня у нас только виноград, а гравитацию оставим на потом».

Стоит Данте Алигьери и выбирает: «Купить ли перец чили или сладкий перец? Чили – адский огонь, а сладкий перец – райская сладость. Может, отправиться в гастрономическое путешествие по загробному миру?»

Продавец, услышав его, спрашивает: «О чём мечтаете?» Данте делится идеями. Продавец отвечает: «Ваши образы ярки, но сегодня только сладкий перец, ад отменяется, а рай подождёт».

Приходит Мишель Фуко и размышляет: «Взять ли консервы или свежие овощи? Консервы – репрезентация власти, а овощи – дисциплинарное общество. Может, проанализировать структуру продуктового магазина?»

Продавец, замечая его, спрашивает: «О чём задумались?» Фуко отвечает. Продавец: «Ваши идеи интересны, но сегодня только консервы, власть победила, а овощи — завтра».

Стоит Платон и выбирает: «Купить ли сыр или виноград? Сыр – материя, иллюзия, а виноград – идеи, истина. Может, создать идеальный вкус?»

Продавец, услышав его, спрашивает: «О чём мечтаете, философ?» Платон делится сомнениями. Продавец отвечает: «Ваши идеи прекрасны, но сегодня только сыр, идеи подождут».

Приходит Иммануил Кант и размышляет: «Купить ли сосиску или салат? Сосиска – вещь в себе, а салат – явление. Может, познать границы разума через еду?»

Продавец, видя его, спрашивает: «О чём задумались, уважаемый?» Кант отвечает. Продавец: «Ваши рассуждения сложны, но сегодня только салат, а вещи в себе — на потом».

Стоит Жан-Поль Сартр и думает: «Взять ли омлет или тост? Омлет – экзистенциальный выбор, а тост – ничто. Может, почувствовать себя свободным в выборе завтрака?»

Продавец, наблюдая за ним, спрашивает: «О чём задумались?» Сартр делится сомнениями. Продавец отвечает: «Ваши идеи интересны, но сегодня только тост, а экзистенция — на потом».