SEO-оптимизация: Руководство для начинающих

1980 год

Приходит татарин в церковь на исповедь и говорит батюшке: согрешил я очень. Во время войны, когда немцы оккупировали наши земли, я спрятал одного еврея у себя в подвале. Понимаете, жизнь человека – это самое ценное, и я чувствовал, что делаю правое дело, спасая его от неминуемой гибели.

Батюшка, проникнувшись его раскаянием, говорит: Ну, сын мой, это же благородный поступок. Ты ему жизнь спас, это великое дело. В этом нет никакого греха, наоборот, это добродетель.

— А я с него по 200 баксов в день за это брал, — признается татарин, понизив голос.

Батюшка, немного опешив, но всё ещё сохраняя спокойствие, отвечает: Ну, хорошо, сын мой. Его жизнь, конечно, бесценна, но и твои труды, твои риски тоже чего-то стоят. Не будем слишком строги к тебе.

— Батюшка, я вот думаю, а не сказать ли ему, что война уже закончилась? — спрашивает татарин с хитрой улыбкой. — А то он там уже полгода сидит, и я ему всё про блокаду рассказываю.

1985 год

Приходит русский в мечеть на намаз и говорит имаму: согрешил я очень. Во время перестройки, когда всё вокруг начало меняться, я обманул своего соседа, чтобы купить у него машину по дешёвке.

Имам говорит: Ну, брат мой, если ты его не убил и не ограбил, то это не такой уж и большой грех. Главное, что ты осознал свою ошибку.

— Да я ему сказал, что машина битая и движок стучит, а она, оказывается, почти новая, — признается русский.

Имам, покачав головой, отвечает: Ну, брат мой, это не очень честно, но, возможно, он сам не разобрался в её состоянии.

— Имам, а мне сказать ему, что я теперь её на запчасти продаю, чтобы он не переживал? — спрашивает русский, хитро прищурившись.

2000 год

Приходит армянин в синагогу на раскаяние и говорит раввину: согрешил я очень. В девяностые, когда все бизнесы рушились, я продал своему другу поддельные часы, сказав, что это швейцарские.

Раввин говорит: Ну, сын мой, если ты ему не навредил серьёзно и он смог продать эти часы дальше, то это не смертный грех. Главное, что ты пришёл сюда.

— Так я ему сказал, что они водонепроницаемые, а они через неделю утонули, — смущённо признаётся армянин.

Раввин, вздохнув, отвечает: Ну, сын мой, это, конечно, нехорошо. Но, возможно, он не проверял их в воде.

— Раввин, а мне ему сказать, что я ему новую партию привез, уже с гарантией от протечек? — спрашивает армянин, улыбаясь.

2010 год

Приходит грузин в буддийский храм на медитацию и говорит монаху: согрешил я очень. Недавно, когда мы отмечали свадьбу, я пообещал одному гостю, что привезу ему настоящий грузинский коньяк из дома, но вместо этого купил самый дешёвый в магазине.

Монах говорит: Ну, брат мой, если ты его напоил и он был доволен, то это не такой уж большой грех. Главное – это гостеприимство.

— Так я ему сказал, что это выдержка 15 лет, а на самом деле ему и года не было, — с горечью признаётся грузин.

Монах, задумчиво, отвечает: Ну, брат мой, это, конечно, не совсем честно. Но, возможно, он не разбирается в тонкостях выдержки.

— Монах, а мне ему сказать, что я ему ещё одну бутылку принёс, теперь уже точно 20-летнюю? — спрашивает грузин, подмигивая.

2015 год

Приходит украинец в православный монастырь на покаяние и говорит старцу: согрешил я очень. В прошлом году, когда цены на газ были высокие, я обещал соседу, что дам ему в долг, но вместо этого продал ему свой старый велосипед.

Старец говорит: Ну, чадо моё, если ты ему помог добраться до работы, то это уже хорошо. Главное, что ты не оставил его в беде.

— Так я ему сказал, что велосипед с новой скоростной системой, а у него только две скорости, — с сожалением говорит украинец.

Старец, вздохнув, отвечает: Ну, чадо моё, это, конечно, не совсем правильно. Но, возможно, он не такой уж разбирающийся в велосипедах.

— Старец, а мне ему сказать, что я ему ещё один велосипед принёс, теперь уже с десятью скоростями, и ещё и с электромотором? — спрашивает украинец, лукаво улыбаясь.