Петька вытащил Чапаева из реки Урал и делает ему искусственное дыхание. Вода из Василия Иваныча все хлещет и хлещет. Подъезжает казачий разъезд.
Есаул советует:
— Да вынь ты ему жопу из воды, а то весь Урал перекачаешь!
Петька, весь мокрый и перепачканный тиной, с отчаянием вытаскивал своего командира, Василия Ивановича Чапаева, из бурных вод реки Урал. Вода, словно не желая отпускать легендарного бойца, продолжала выплескиваться из его раскрытого рта и носа при каждой попытке Петьки привести его в чувство. Искусственное дыхание давалось с трудом, каждый вдох сопровождался фонтаном брызг, а Василий Иваныч, казалось, продолжал пополнять реку с невиданной силой.
В этот самый момент, словно из-под земли, появился казачий разъезд. На резвых конях, облаченные в традиционные чекменцы и папахи, они выглядели как призраки степи. Есаул, опытный и видавший виды вояка, с прищуром наблюдал за суетливыми потугами Петьки. Его лицо, обветренное и покрытое морщинами, выражало смесь сочувствия и нескрываемого веселья.
Подъехав ближе, есаул, едва сдерживая смех, обратился к Петьке с бесценным советом:
— Эх, сынку! Да вынь ты ему жопу из воды, а то весь Урал перекачаешь!
Эта незамысловатая, но гениальная мысль, казалось, пронзила сознание Петьки. Действительно, он так увлекся спасением головы и груди, что совершенно упустил из виду нижнюю часть тела командира, которая по-прежнему погруженная в воду, служила своеобразным насосом. Казачий совет, несмотря на свою простоту, оказался спасительным.